Авторская колонка

А шведским коллегам спасибо!

28.01.2014 Авторская колонка Анатолия Гуляева 2344

На минувшей неделе в Беларуси состоялись четыре (в Минске, Молодечно,  Гродно и Бресте) встречи со шведским омбудсменом по прессе Улой Сигвардсоном и известной журналисткой Элизабет Хедборг, на которых обсуждались проблемы журналистской этики.

На минувшей неделе в Беларуси состоялись четыре (в Минске, Молодечно, Гродно и Бресте) встречи со шведским омбудсменом по прессе Улой Сигвардсоном и известной журналисткой Элизабет Хедборг, на которых обсуждались проблемы журналистской этики.

Это был не первый визит шведских коллег. Несколькими месяцами раньше они уже приезжали в Минск, и тогда так же состоялся разговор о проблемах журналистской этики. Разговор был полезен и, по мнению автора, крайне актуален. Хотя бы по той простой причине, что профессиональная этика журналиста — одна из самых неразработанных проблем как в учебных планах вузов на территориях бывшего Советского Союза, так и в представлениях журналистского сообщества о качественной и некачественной журналистике.

Невольная или намеренная путаница здесь просто фантастическая!

К истории вопроса

К примеру, в брошюре доцента института журналистики БГУ Татьяны Подоляк о профессиональной этике журналистов (одна из немногих белорусских авторов, которая этой проблемой занимается) использован ряд странных утверждений, в том числе: «Освободившись от партийно-государственного контроля и цензуры, журналистика попала в условия жесткой финансово-экономической зависимости, что привело к возникновению новых негативных явлений и не менее сложных проблем. В погоне за ростом тиражей газет и журналов, за рейтингами теле- и радиопрограмм некоторые сотрудники СМИ отступают не только от профессиональной этики, но и от элементарных норм общечеловеческой морали(«Прафесійная этыка журналіста: вучэбна-метадычны комплекс» Т. У. Падаляк, Мінск, 2003 год, стар. 3 — здесь и далее перевод с белорусского автора).

Эти утверждения выглядят, по меньшей мере, странно, потому что советская идеология, как известно, базировалась на учении Карла Маркса и Владимира Ленина, называясь «марксизм-ленинизм». (Причем, больше всё же «ленинизм», поскольку покойник Маркс ни на что повлиять особенно не мог.)

А одним из важнейших постулатов Владимира Ленина, как известно, было как раз-таки отрицание общечеловеческой морали. Цитирую: «Мы в вечную нравственность не верим и обман всяких сказок о нравственности разоблачаем. Нравственность служит для того, чтобы человеческому обществу подняться выше, избавиться от эксплуатации труда». (Владимир Ленин, «Задачи Союзов молодежи», Речь на III Всероссийском съезде Российского Коммунистического Союза Молодежи, 2 октября 1920 года, Н. Ленин (В. И. Ульянов). «Задачи Союзов молодежи», Москва, 1920,)
Где тут автор нашла «элементарные нормы общечеловеческой морали», от которых отступают журналисты в погоне за рейтингами после произошедших в стране перемен — тайна, покрытая мраком.
У этого же автора можно найти ещё целый ряд не менее интересных высказываний. Например, она считает, что в переходный период «…происходит ломка идеалов, девальвация нравственных ценностей — и, как результат, теряется ощущение перспективы, уверенности в завтрашнем дне, приходит отчаяние и растерянность» («Нравственно-этические приоритеты белорусской прессы», Т. В. Подоляк, Мн., БГУ, 2001 год — стр. 3, перевод автора).

Насчет нравственных ценностей предшествующего перестройке периода мы уже кое-что выяснили. Но автор упорно стоит на своем: «…неразумно сбрасывать с корабля современности богатые традиции белорусской журналистики: в самые сложные периоды развития страны пресса исполняла функцию нравственного камертона общества» (там же, стр. 5).

Что ж, можно поговорить и о «сложных периодах», и о «камертоне» — тем более, что Т. В. Подоляк в чем-то даже и права.

Листаем для примера «Советскую Белоруссию» за 1937 год (можно и другие — там тоже все есть) и видим: практически в каждом номере этой газеты не менее чем страница формата А-2 отдана материалам о «врагах народа». Приведем один из них — не самый страшный и не полностью:

«ПРИГОВОР СУДА — НАШ ПРИГОВОР
Шайка врагов народа — фашистских шпионов и диверсантов — проводила свою вредительскую работу в системе белорусской конторы „Заготзерно“……Шайка подлых бандитов из „Заготзерно“ поймана с поличным. Пролетарский суд приговорил этих извергов к высшей мере — расстрелу! Приговор суда — приговор всего нашего народа. Никому и никогда не удастся отнять у нас великие завоевания Октября! Орденоносец Русакович, орденоноска Белая, орденоноска Шамко, Малявко… Совхоз „Горки.“
(«Советская Белоруссия», 14 октября 1937 года)»

И карающая рука правосудия не сильно церемонилась с попавшими «под раздачу» агрономами — расстрел! Что и подкреплялось всегда «камертоном» — общественным мнением в лице целого ряда «орденоносцев» и «орденоносок». Причем, не только на страницах «Советской Белоруссии» — и в «Звязде», и во всех остальных тогдашних партийных (читай — государственных — А.Г.) газетах.

Нет, правда — советские белорусские газеты в сложные периоды развития страны исполняли-таки «функцию нравственного камертона общества»!

Листаем подшивки: вот борьба с «нацдемами» и требования «орденоносцев» и «орденоносок» — опять же, «стрелять как бешеных собак»! Из богатого урожая публикаций на эту тему выбираем, пожалуй, самую интеллигентную: «Прошедший год был так же и для нашей литературной организации годом очищения от троцкистско-бухаринских и национал-фашистских бандитов, от всякой нечисти и погани, которая пробралась на один из важнейших участков нашего культурного фронта и проводила свою подрывную работу…» (из выступления кандидата в депутаты Верховного Совета БССР Михася Лынькова, «Советская Белоруссия», 17 июня 1938 года).

А вот регулярные битвы за урожай… Вот послевоенные годы… Всегда есть враги, всегда «уничтожить как бешеных собак»… И никогда в защиту! Действительно, тогдашняя пресса — нравственный камертон общества, одна половина которого писала доносы, а другая на митингах требовала: «как бешеных собак!»…

…То есть, конечно, сегодня в профессиональной деятельности журналистов присутствует всякое. Но хорошо бы не передергивать с ориентирами. И, прежде чем говорить о профессиональной этике, стоит усвоить: этика и безропотное исполнение команд власти — это совершенно разные вещи! Но в этом смысле для многих наших коллег и сейчас высшей нравственной ценностью являются команды из «красного дома».

Омбудсмен и другие

…Шведский омбудсмен Ула Сигвардсон на встречах с журналистами, представляющими БАЖ и БСЖ, говорил об истории возникновения саморегулирования шведской прессы на основе этических кодексов, с ее первым в мире Законом о свободе печати, дарующим коллегам-журналистам почти безграничную свободу. О том, что само журналистское сообщество со временем приняло решение отказаться от этой свободы и наложить на себя нравственные ограничения. В результате чего в 1916 году (ирония судьбы — ровно за год до того, как на территориях тогдашней России свобода прессы была ликвидирована!) в Швеции возник общественный Совет по делам прессы, а в 1923 году был утвержден первый этический Кодекс. Потом создавались другие структуры и принимались другие документы… В результате сегодня этический Кодекс журналистов Швеции значительно строже, чем их же Закон о свободе печати. К примеру, закон позволяет называть фамилии жертв изнасилования, а этический кодекс запрещает это категорически.


Ула Сигвардсон в Гродно (фото службы мониторинга БАЖ)

За нарушения принципов этики Совет по делам прессы безжалостно накладывает на редакции штрафы — от 800 евро и выше. И все платят…

Функция самого Улы Сигвардсона (в прошлом известного журналиста, а ныне пресс-омбудсмена в системе саморегулирования СМИ) — в том, чтобы рассматривать жалобы на прессу. Примерно 350 жалоб в год, по одной в день. Для нас, вынужденных ежедневно и лихорадочно защищать свои права от нападок чиновников, несколько непривычна ситуация, когда журналистское сообщество специально платит недурную зарплату человеку, который работает против нас же. И надо быть шведами, чтобы понимать: на самом деле он работает за нас. То есть, за них — шведских журналистов. Потому что такой контроль качества публикаций есть гарантия читательского доверия.

А стремиться надо!

Не уверен, что функция омбудсмена в ближайшее время приживется у нас. Не хочу сказать, что она не нужна — этического «мусора» в белорусских СМИ по-прежнему много. Но контроль за качеством наших публикаций уверенно осуществляют суды. Последняя «серия» процессов над журналистами, исполнявшими свой профессиональный долг, в очередной раз подтверждает сказанное. Поэтому введение института омбудсменов в Беларуси может быть воспринято коллегами из «негосударственных» СМИ как вариант дополнительного давления.

Что касается «государственных», то при безусловно формальном исполнении функций омбудсмена назначенными «сверху» людьми, там ничего не изменится. Вспомним: властями создано несколько Советов по СМИ. Где они? Что они делают? Как влияют на ситуацию? Нигде, ничего, никак…

Другое дело, не ехать на поезде только потому, что он у нас пока бестолков и грязен — это сродни знаменитому, не вполне этичному принципу «назло кондуктору», когда покупают билет и идут пешком. Нужно в этот поезд садиться и ехать. Далеко ли доедем? Коллега из БСЖ на одной из встреч в Минске сказал, что он не знает, долго ли вообще продержится институт саморегулирования? Но если считать от 1916 года, когда в Швеции был создан Совет по делам прессы, или даже от 1923 года, когда возник первый этический Кодекс, становится очевидным: инициированное журналистским сообществом саморегулирование на основе принципов профессиональной этики держится уже целый век! И по-прежнему актуально!

Надо полагать, что, по крайней мере, на наш еще век этих проблем хватит. Не уверен, что до уровня Швеции, но хотя бы до уровня Литвы, где в Законе о СМИ прописаны уполномоченный по СМИ, этические комиссии и этические Кодексы, мы при определенных обстоятельствах дотянуться можем.

Это как в известной поговорке насчет того, что всего вина не выпьешь и всех девушек не перецелуешь… Демократичнее Швеции не будешь, все этические принципы не выполнишь, но стремиться к этому нужно…

А шведским коллегам спасибо — было очень интересно!