1577

Автор расследования о чернобыльском молоке: Это и есть «общественно значимый интерес»

27.04.2016 Источник: Пресс-служба ОО "Белорусская ассоциация журналистов"

Материал корреспондентов «Associated Press» Юрия Карманова и Сергея Грица о ферме из-под Чернобыльской зоны разошелся в мировом медиапространстве как вирус.

Расследование под названием «Тест выявил Чернобыльский осадок в белорусском молоке» вышло 25 апреля в рубрике «AP Exclusive». Такие сообщения обычно попадают в сводки новостей всех крупных информационных агентств мира. На мобильных устройствах оно было загружено в первый же день 43 тысячи раз и возглавило рейтинг «Мобильный Топ-10» на AP.

Многие белорусские сайты начали день 26 апреля с перепечатки этой информации.

Суть материала: Рядом с Полесским радиологическим заповедником журналисты нашли ферму, которая поставляет молоко на ОАО «Милкавита» в Хойниках, которое, в свою очередь, продает около 90% продукции в Москву. Между тем, в молоке, которое журналисты как частные лица позже сдали в Минский областной центр гигиены, эпидемиологии и общественного здоровья, было обнаружено превышение нормы стронция в 10 раз. У фермера же не оказалось совсем никаких устройств для контроля за радиацией в своих продуктах. Журналисты выяснили также, что в Беларуси вообще нет возможности исследовать продукты на содержание опасного радионуклида америция. Профессор Бандажевский, к которому авторы расследования обратились за комментарием, считает ситуацию катастрофической.

Реакция: Между тем, 26 апреля Минский центр гигиены, эпидемиологии и общественного здоровья, а также предприятие «Милкавита» опровергли информацию о загрязнении фермерского молока радиацией. Заместитель главного врача Центра Петр Амвросьев в беседе с БелаПАН заявил, что по цезию оно соответствует норме, а на стронций вообще не исследовалось из-за недостаточного количества материала. Он назвал публикацию «провокацией самой чистой воды». А начальник Полесского производственного участка ОАО «Милкавита» Альберт Дравило в интервью «Радио Свобода» охарактеризовал сообщение «Аssociated Press» как «полную чушь».

Развитие: Вечером 26 апреля Юрий Карманов предоставил «Нашай Ніве» справку, которую получил в Минском центре гигиены и эпидемиологии по результатам анализа молока. О содержании стронция-90 должна свидетельствовать вторая снизу строка:

Пока неизвестно, какое продолжение получит эта история. Между тем, как раз 26 апреля пресс-служба ОО «БАЖ» расспросила Юрия Карманова о том, как готовился этот материал.

По словам журналиста, путешествие в Полесский радиологический заповедник состоялось в первой половине апреля и заняло три дня. В поездке участвовали сам Юрий и журналист «AP» Сергей Гриц, который снимал видео и фото, а также управлял машиной.

Ю.К.: Редакция «AP» поручила нам написать историю к 30-летию Чернобыля. Мы подготовили перед этим ряд статей с украинской стороны, теперь пришла очередь подготовить с белорусской. Мы довольно долго ждали разрешения на въезд в зону, нам дали сопровождающего. Въезд в этот заповедник – это шлагбаумы, пункт досмотра, все выглядит очень строго...

Но у границы заповедника мы увидели стадо коров и решили им поинтересоваться. Выяснилось, что стадо принадлежит фермеру, который радиации не боится и гордится тем, что сдает до 2 тонн молока на местный молокозавод.

Мы действовали по классической журналистской схеме investigation (расследование). Поехали, увидели, взяли на пробу, отнесли на анализ, сходили на предприятие, которое производит продукцию... Действовали очень открыто. Наша расследование – это фактически зеркало того, что происходит сейчас в Чернобыльской зоне.

БАЖ: Это же не закрытый путь, многие могли им пойти. Почему эту ферму не «раскопали» журналисты белорусских СМИ?

Ю.К.: Я первый раз в своей жизни попал в белорусскую Чернобыльскую зону, не был там никогда раньше. И я не знаю, почему не раскопали. Может, кто-то не сообразил. Конечно, проще писать о слезах ликвидаторов, о заброшенных деревнях, о городе-призраке, чем о том, что актуально сегодня...

Во-первых, журналисты привыкли работать «к датам», шаблонно. Вот есть дата –и мы должны её как-то «отработать». Во-вторых, в Беларуси вообще проблема с журналистскими расследованиями. Мы знаем только о громких расследованиях, которые делают негосударственные СМИ – «Наша Ніва», TUT.by, «Народная воля»... Но мы практически не слышим о расследованиях государственных СМИ. Это громадная проблема белорусской журналистики.

Причем это же проблема еды, она касается каждого. Гражданин не может купить себе в магазине «кусочек безопасности». Этим должно заниматься государство. А журналисты должны задавать интересующие каждого вопросы. Это и называется – «общественно значимый интерес». Как раз главная функция прессы – обслуживать этот общественный интерес, говорить о таких вещах, добиваться изменения ситуации.
 

БАЖ:  Приходится ли говорить о возможной смене политики по «чернобыльскому вопросу» в Беларуси?

Ю.К.: Мы, конечно, надеемся и на изменение ситуации. Но мы должны хотя бы ставить вопросы, когда слышим о «возвращении жизни в Чернобыльские регионы», об их активном заселении. Должны осознавать остроту проблемы здоровья людей – причем не только тех, что живут в загрязненной зоне.

Что касается журналистов «AP» – могу сказать, что жанр журналистского расследования в агентстве довольно востребован. В этом году команда «Associated Press» получила Пулитцеровскую премию в номинации «За служение обществу» – именно за расследование об использовании рабского труда в Юго-Восточной Азии для доставки рыбы и морепродуктов американским потребителям. И оно имело результат – несколько сотен рабов освободили.

Попадает ли на стол белорусов молоко с радиацией?