НЕТ - ВОЙНЕ!
Основная версия сайта ЗДЕСЬ
270

«Интервьюировать человека в состоянии глубокого горя неприемлемо»: эксперты о скандальном видео с матерью погибшей в Виннице малышки

20.07.2022 Источник: Детектор медіа

Кто такой Антон Кудинов, как получилось, что он взял интервью у матери погибшей в украинской Виннице девочки Лизы, и что с этим всем теперь делать.

14 июля российская ракета в Виннице убила четырехлетнюю Лизу Дмитриеву и тяжело травмировала ее маму — дизайнера издательского дома «Картель» Ирину Дмитриеву. Когда Ирина очнулась, ей сначала не сообщали о гибели дочери, ведь врачи говорили, что это может убить женщину.

16 июля на фейсбук-странице Антона Кудинова — гостомельского активиста, который последние несколько месяцев работает фиксером иностранных съемочных групп — появилось сообщение с несколькими видео и фотографиями. На видео Ирина Дмитриева в больничной койке плачет, просматривая видеозапись своей еще живой дочери и призывает мир помочь Украине защититься от российских ракет. Видео и фото опубликовал ряд украинских онлайн-медиа и пабликов в соцсетях.

Публикация Кудинова повлекла за собой волну возмущения в социальных сетях.

Вот подборка примеров . В частности, аргументированные упреки в его адрес изложила главная редактор «Общественного радио» Татьяна Трощинская. Конечно, хватало и просто эмоций, возмущения, угроз и обвинений в адрес мужчины, которого часто идентифицировали как журналиста. Интервьюирование человека в состоянии глубокого горя и шока вскоре после того, как он потерял самого близкого человека, — неприемлемая практика для профессиональных журналистов. К тому же ситуация с видео на телефоне, которое просматривала, рыдая, Ирина Дмитриева, не была понятна до конца: Кудинов утверждает, что включил запись по просьбе женщины, но многие комментаторы предположили, что он сделал это намеренно, чтобы спровоцировать Ирину на более сильные эмоции. 

Из-за многочисленных жалоб на сообщение с видеороликами фейсбук несколько раз его удалял, но Кудинов публиковал материалы снова, заявляя о «кремлевских ботах», которые якобы мешают ему распространить видео с призывом Ирины Дмитриевой. 

Последнюю попытку опубликовать материалы он предпринял 18 июля около 10 утра; пока это сообщение не удалено.

В кадре на видео – микрофон RAI News 24, итальянского общественного вещателя. Впоследствии стало известно, что с Кудиновым в винницкой больнице находилась корреспондентка телеканала Лаура Тангерлини. Она отвергла обвинения в неэтичности своих действий и сначала выложила в твиттере сюжет, который уже был в эфире RAI News 24, а затем удалила его по неизвестным причинам. «Детектор медиа» обратился к RAI News 24 с запросом и обнародует ответ, когда его получит.

«Детектор медиа» пытался получить позицию Антона Кудинова и задать ему вопросы. На некоторые из наших вопросов он ответил, однако потом упрямился: мол, журналисты должны интересоваться не мотивами его поступков, а содержанием слов Ирины Дмитриевой. Мужчина много раз повторил, что считает нашей обязанностью распространить призыв Ирины к миру, а на вопросы, касающиеся его самого и его действий, отвечать не будет. Если Антон раздумает, «Детектор медиа» готов опубликовать его объяснения и ответы на обвинения в свой адрес (а их немало).

Мы попытались, насколько это возможно, реконструировать эту ситуацию и ответить на вопросы, возникающие в отношении действий Антона Кудинова и журналистов RAI News 24.

Кто такой Антон Кудинов и журналист ли он?

Поскольку Антон отказался отвечать на вопросы, касающиеся его самого, нам придется искать ответ на этот вопрос самостоятельно.

Антон Кудинов из Одессы он учился на факультете журналистики Одесского национального университета имени Мечникова (выпуск 2010 года). Однако единственное упоминание о нем как журналисте, которое удается нагулить, касается инцидента в январе 2014 года, когда его задержали во время противостояния на улице Грушевского в Киеве. Тогда Антон Кудинов назывался «журналистом телеканала “Скрытая правда”» — ресурса скандальной активистки и политики Ирмы Крат. Журналистских материалов авторства Антона нам найти не удалось — ни тогдашних, ни более старых или более поздних.

В 2020 году Антон фигурирует в материалах правозащитных сайтов уже как активный и неравнодушный житель Гостомеля. Он баллотировался на пост поселкового головы, боролся против действующей власти в поселке, выступал против застроек, считавшихся незаконными. Тогда он не позиционировался как журналист.

На его фейсбук-странице есть упоминания о работе копирайтером в нескольких компаниях, в частности, Banda Agency и BBDO, а также в ИТ-компаниях. Последнее место работы – киберспортивный клуб Navi (какую именно функцию там выполняет Антон, не указано).

По информации источника «Детектора медиа», Антон Кудинов овладел профессией фиксера в начале полномасштабной войны. С его фейсбук-страницы узнаем, что он организовывал выставки о войне и занимался волонтерством. Уже в апреле на его странице появляются сообщения, из которых можно заключить, что он работает фиксером для RAI News 24. В редакции ДМ есть документальное подтверждение, что Антон получил армейскую аккредитацию именно как представитель этого телеканала. 

Вывод, что Антон позиционирует себя как фиксер, а не журналист, можно сделать из публикаций страницы Fixers UA, к которой он, похоже, имеет отношение. Хотя в одной из публикаций этой страницы говорится, что «фиксер Антон Кудинов ведет репортаж» из Винницы с места, куда попала ракета (Антон присутствует на видео как голос за кадром).Пресловутое видео из больницы перепостил даже Департамент здравоохранения и реабилитации Винницкой областной государственной (сейчас — военной) администрации. 

Видео на странице набрало полторы тысячи просмотров за считанные часы. Впоследствии, когда разразился скандал, сообщение удалили. Впрочем, со скриншота понятно, что чиновники ОВА трактовали запись именно как продукт итальянских журналистов, а не украинского активиста-фиксера Кудинова. 18 июля чиновница ОВА Татьяна Бондаренко заявила , что фиксер (которого она называет журналистом) не получал официальных разрешений от администрации и потребовала от управления здравоохранения городского совета расследования. По ее словам, медиа должны получать разрешение от управления здравоохранения администрации всякий раз, когда хотят посетить больницу. 

«Является ли фиксер журналистом?» — вопрос, на который нельзя дать однозначный ответ, ведь разные фиксеры в разных ситуациях имеют разные функции. 

В некоторых случаях фиксеры сами проводят интервью или снимают часть материалов — имел ли в этом случае Кудинов такую ​​задачу, и имел ли он официальное соглашение с итальянским телеканалом, мы не знаем. Известно, что в винницкую больницу Антон пришел вместе с корреспонденткой RAI News 24 Лаурой Тангерлини, следовательно, был там в фактическом статусе члена съемочной группы.  

«Детектор медиа» уже писал о неопределенном статусе фиксеров как вызове и проблеме, которая еще острее возникла с началом полномасштабной войны, когда спрос на фиксеров в Украине вырос, и за это дело взялись люди без опыта, а часто и без журналистского бекграунда. Обычно ответственность за соблюдение законодательных и нравственных требований в материале несут авторы материала — иностранные журналисты, которым помогает фиксер. Но кто ответственен в случае, когда действия фиксера, сомнительные с точки зрения закона и этики, становятся составной частью процесса подготовки материала? Комиссия по журналистской этике в своем заявлении возлагает ответственность на съемочную группу RAI News 24 . Итальянское медиа готово отвечать только за свои публикации.

Как съемочная группа RAI News 24 попала в больницу, кто разрешил снимать?

По словам Антона Кудинова, у него было «письменное разрешение» от матери Ирины Дмитриевой; также устное разрешение на съемки дал «дежурный врач», сказавший, что не возражает против съемок, если не против сама Ирина. Впрочем, по просьбе показать «письменное разрешение» он ответил, что «не собирается никому показывать свою переписку», поэтому можно сделать вывод, что речь идет не о документе, а о сообщениях в мессенджере.

Житомирская журналистка Ирина Кириллович, работающая на канале «Рада», была в Винницкой городской клинической больнице скорой помощи накануне, 15 июля. «Мы записывали комментарий директора больницы Александра Фомина , — рассказала Ирина Кириллович «Детектору медиа». — Нас интересовало состояние мамы погибшей девочки, потому что накануне писали, что женщина умерла. Врач опроверг информацию о смерти Ирины, подтвердил, что руки и ноги у нее целые, но состояние тяжелое. Сказал, что о гибели ребенка говорить сейчас нельзя – он очень на этом настаивал». Ирина Кириллович также говорила с матерью Ирины Дмитриевой, которая на 11 часов 15 июля подтвердила: дочери о смерти Лизы не говорили. Врачи не позволили съемочной группе Совета зайти в палату и снимать пострадавших. 

Антон Кудинов в своих сообщениях, уже удаленных фейсбуком, писал, что к моменту, когда съемочная группа итальянского канала пришла в больницу, Ирине уже сказали о смерти Лизы. Таким образом он отверг одно из самых серьезных обвинений, звучавших в его адрес: якобы именно он рассказал женщине о смерти ребенка и снял на видео его реакцию. «Детектору медиа» он сказал, что Ирина, по его мнению, была «в нормальном состоянии, просто расстроена».

Впрочем, родственники Ирины Дмитриевой имеют претензии к Антону. Жена брата Ирины Виктория Дмитришина в комментариях под сообщением пообещала фиксеру, что его ждет судебный иск от семьи. Она предположила, что медики, дежурившие в больнице в субботу, спросили у Ирины, хочет ли она давать интервью, и согласились впустить медийщиков, не спросив разрешения у родственников. «Антону я писала, — рассказала «Детектору медиа» Виктория. – Просила дать объяснение. Он не отвечает. Не звонила по телефону — думаю, он и не возьмет трубку. Мы не знаем, кто дал согласие на запуск журналистов и саму съемку. Пока не судимся, ведь нет времени на это».

Уже после публикации этого текста с редакцией «Детектора медиа» связалась Виктория Дмитришина и сказала, что мать Ирины Дмитриевой узнала об интервью и видеозаписи только 18 июля от работников больницы. «После интервью Ире стало хуже, был сильный нервный срыв, она не спала всю ночь, – сказала Виктория Дмитришина. – И теперь врачи пускают к ней всего на пару минут». Напомним, Антон Кудинов утверждал, что имел "письменное разрешение от матери Ирины".

Какова в этой истории роль журналистки RAI News 24?

К сожалению, посмотреть сюжет Лауры Тангерлини невозможно — она удалила его из твиттера, а в других открытых источниках и на площадках итальянского телеканала его нет.

17 июля Лаура Тангерлини отвергла обвинения в свой адрес, подчеркнув, что отвечает за свой сюжет, а не за то, что выложили в сеть «третьи лица». « В обвинениях в мой адрес по интервью с мамой маленькой Лизы нет правды , — написала она. — И вышедший в эфир материал подтверждает это. Интервью были согласованы и проводились с разрешения ». В ответах на это сообщение появился один из роликов, обнародованных Антоном Кудиновым, на что Лаура Тангерлини ответила: « Это не мое видео, которое транслировалось по телевидению ».

Утром 18 июля появилось еще одно заявление Лауры Тангерлини в твиттере — примерно такого же содержания, но более развернутое: «Дискуссии и обвинения в мой адрес касаются контента, который не был снят и обнародован мной или моим телеканалом. Кто-то другой сделал это по своей инициативе. Интервью, которое я записала и которое показали на RAI News 24, было предварительно согласованное тем же человеком, который намеревался призвать к закрытию неба над Украиной (это и была реальная цель интервью). Это не имеет ничего общего с эксплуатацией боли. Все остальное, в частности разговор о моем поведении и этике, — ложные новости, придуманные и распространенные на пустом месте. Это можно легко доказать, посмотрев видео, которое я собственное сняла и которое было в эфире. Мой телеканал и я намерен судиться в суде против каждого, кто будет дальше распространять такие ложные новости. На этом я ставлю точку».

Впрочем, возможности пересмотреть именно тот сюжет, где фигурировала Ирина Дмитриева, Тангерлини своим читателям не дала. Вместе с тем опубликовала другой репортаж из Винницы , снятый предположительно 14 или 15 июля, однако без кадров из больницы. А потом еще один. Итак, в общем, публикация своих материалов в твиттере для нее является привычной практикой, однако именно тот сюжет, где фигурирует Ирина, она не обнародует. 

Без сюжета и комментариев итальянской журналистки невозможно понять, принадлежит ему видео, которое выложил Кудинов, или он использовал съемки телеканала. Впрочем, из ее последнего сообщения Лауры Тангерлини следует, что содержание ее разговора с Ириной было примерно таким же, как содержание видео, выложенного Кудиновым — раненая женщина призвала «закрыть небо».

«Это видео не мое, — написала позже в комментариях Лаура Тангерлини. — Кто записал его во время моего интервью для своих личных нужд. И опубликовал по своей инициативе самые драматические секунды в конце интервью. Мое видео, которое было в эфире, совершенно другое».

Заметим, что Лаура Тангерлини ни разу не вспомнила Антона Кудинова — фиксера, который несколько месяцев работал с ее телеканалом — по имени, все время апеллируя к нему как к «третьему лицу» или «кому-то другому». Мы надеемся получить от канала и Лауры комментарии, которые помогут выяснить эту ситуацию.

Независимый медийный совет направил обращение к телеканалу RAI News 24 с призывом расследовать действия фиксера и сделать выводы, чтобы подобное не повторилось. «Мы призываем редакционные органы RAI провести глубокий анализ этой ситуации, выработать правила и предоставить рекомендации журналистам, освещающим войну, чтобы защитить высокое звание общественного вещания от ситуаций, которые могут нанести серьезный ущерб их репутации. Мы призываем вас ознакомить фиксеров и журналистов, особенно работающих с чувствительными темами в Украине, с журналистскими стандартами, и публиковать видео о жертвах преступлений исключительно после просмотра и одобрения редакцией, в том числе промо в соцсетях. Такое положение должно быть жестким и недвусмысленным. Мы надеемся на то, что надлежащая реакция на этот досадный инцидент обезопасит от повторения таких ошибок в будущем»,  — говорится в письме, направленном в адрес телерадиокомпании.

Что это значит для медиасообщества?

Из этой истории можно сделать несколько выводов, важных для медийного сообщества Украины.

Четыре важных пункта уже сформулировала Комиссия по журналистской этике, призвав:

«1. Администрацию больницы, где находится Ирина Дмитриева, провести служебное расследование в отношении тех, кто разрешал допуск съемочной группы к пострадавшей.

2. Министерство здравоохранения Украины вместе с журналистским сообществом выработать правила допуска журналистов в больнице.

3. Международные журналистские организации осудить неэтичное поведение итальянского телеканала RAI News 24 и его работников.

4. Украинское журналистское сообщество вернуться к теме предоставления пресс-карт для журналистов с целью четко разграничить профессиональных журналистов и блоггеров».

По сути, Антона Кудинова трудно однозначно назвать журналистом или блоггером; по образованию он журналист, по постоянной профессии - копирайтер, а вне ситуативной фиксерской работы - еще и общественный активист. Кстати, одно из направлений его активизма – инициатива «Отец имеет право» , в рамках которой мужчины борются за возможность доступа к своим детям, которому препятствуют их бывшие супруги. Лидер этой инициативы Александр Швец публично выступил в защиту Антона Кудинова, назвав Ирину Дмитриеву смелой женщиной, а критику действий Антона – «истерией» и многими другими плохими словами. 

Во времена революции достоинства активисты со смартфонами, которые вели прямые трансляции с места происшествия, стали настоящим феноменом и, наконец, одним из залогов победы Майдана. Одним из таких стримеров-медиаактивистов в то время был и Антон Кудинов. 

Теперь опыт и профессиональный бэкграунд позволяет ему записывать видео и писать тексты без ошибок, однако нравственные предохранители, которые должны работать (и в критический момент — срабатывать) в журналисте, у Антона оказались отсутствующими.

Не сработали эти предохранители и в многочисленных редакциях онлайн-медиа, которые использовали видео из сообщения Кудинова. Некоторые из них впоследствии убрали эти публикации, а некоторые из тех, которые сначала опубликовали, а затем убрали, теперь пишут о «скандале из-за неэтических действий итальянских журналистов».

Судя по ответам на вопросы «Детектора медиа» и содержанию сообщений в фейсбуке, Антон Кудинов уверен, что выполняет важную миссию — донести до мира послание Ирины Дмитриевой. Аргументы критиков, ссылающиеся на научные источники, кодексы этики и международную практику журналистов и психологов, на него не действуют — он лишь снова и снова призывает своих критиков «обратить внимание на содержание того, что говорила Ирина».

Очевидно, помешать раздавшемуся мессией фиксеру сможет только судебный иск родственников пострадавшей женщины и окончательная блокировка страниц в фейсбуке. Сколько боли его медийная активность принесет и без того травмированной женщине и ее родным, можно только представить.

Нормирование в законодательстве оснований для получения статуса журналиста и введения пресс-карты может отсеять некоторых героев со смартфонами, которые выдают себя за журналистов и пытаются воспользоваться этим статусом в собственных интересах. К сожалению, невозможно гарантировать, чтобы каждый член съемочной группы — фиксер, водитель, оператор, даже журналист — был носителем профессиональных стандартов, а также человечности и сознания. Поэтому важно, чтобы случай с Антоном Кудиновым не забыл и стал хрестоматийным, и все, кто создает медийный контент, поняли, что эмоциональное насилие над пострадавшими от войны, стихийных бедствий и других трагедий неприемлемо.

Читайте ещё: 

Как родным политзаключенных подготовиться к свиданию в месте лишения свободы

«Праца з замежнымі СМІ пачынаецца з пітчаў»: асабісты досвед беларускі-фрылансеркі

Дзяніс Дудзінскі зноў едзе працаваць у Кіеў. Перад паездкай ён падзяліўся з калегамі досведам і лайф-хакамі

Самые важные новости и материалы в нашем Телеграм-канале — подписывайтесь!