НЕТ - ВОЙНЕ!
Основная версия сайта ЗДЕСЬ
410

«Двуличие? Кому-то карьера дороже». История экс-комментатора госТВ

13.06.2022 Источник: Зеркало

Она занималась синхронным плаванием, потом 20 лет работала на телевидении, осуществила мечту в качестве комментатора, а после августа-2020 стала бизнес-аналитиком. Влада Сорокина подписала письмо за новые выборы и против насилия. Блог «Отражение» поговорил с экс-комментатором о политике в спорте и в спортивной журналистике, ее взглядах и мотивации бывших коллег по-прежнему работать на госТВ.

Мы перепечатываем из этого интервью то, что касается работы героини в журналистике: чем ей запомнился один из руководителей Белтелерадиокомпании и почему спортивное комментаторство — работа мечты. 

— Я училась в Республиканском училище олимпийского резерва. Учителя шли навстречу спортсменам. На русской литературе, помню, нам даже пересказывали произведения, чтобы у нас были хоть какие-то знания. Закончила с золотой медалью. Подумала пару вечеров, чем хочу заниматься. Понимала, что, кроме спорта, ничего особо не знаю. Журналистика виделась хорошим способом оставаться в нем, а вот тренером быть не хотела.

О работе на телевидении

— Так я поступила на журфак. На бесплатное не хватило балла — пошла на платное. Через пару месяцев после начала учебы задумалась, что надо начать где-то работать. Мне очень хотелось на телевидение. В 2001-м году был только один белорусский канал — не слишком насыщенный пропагандой, поэтому не видела ничего зазорного в работе там.

Мне только что исполнилось 18 лет. Пришла на Макаенка, 9. Позвонила преподавателю, который работал там, и попросила связаться с КПП, чтобы меня пропустили. В лифте тогда висели таблички с названиями дирекций. Нашла спортивное вещание. Поднялась на 11-й этаж. Постучалась в кабинет к заместителю директора (к директору не решилась). Представилась. Заявила, что хочу работать. Борис Герстен сказал: «Давай».

Очень благодарна Герстену, что он тогда в меня поверил. Быстро начала делать репортажи. Первый, конечно, был о синхронном плавании. Через год взяли в штат. Первый опыт комментирования — чемпионат мира по спортивной гимнастике в 2003-м. А самая значимая веха — Олимпиада-2008 в Пекине. Мечтала поехать на Игры. В качестве спортсменки не вышло, но поработала как журналист. Вторая Олимпиада была у меня в Рио в 2016 году. Должна была ехать и в Токио. Комментировала гимнастические виды, синхронное плавание, реже плавание, прыжки в воду и фигурное катание. Почти все было связано с выставлением судьями оценок, где нет особой объективности. Но старалась донести до зрителей суть, почему именно такой результат у спортсмена, и в чем причина его успеха или провала.

О политике на спортивном ТВ

— Самое большое «политическое» событие, с которым соприкасалась дирекция спортивного вещания в мои годы работы, — матчи президентской команды. Я все это обходила стороной, как и некоторые другие ребята. А так у нас не было такого: «Обязательно скажите, что президент хороший». По крайней мере, я не сталкивалась. От меня фамилия Лукашенко могла прозвучать разве что, когда проводились соревнования на призы Президентского спортивного клуба (Дмитрий Лукашенко является председателем организации — Прим. ред.).

Поездки по заводам и колхозам — это одно. А когда у тебя перед глазами хороший футбол уровня Лиги чемпионов или выступления сильнейших гимнастов, то можно не лезть в политику. Хотя некоторые сами любили зарекомендовать себя перед начальством. Я, кстати, сравнивала, как работают российские комментаторы на художественной гимнастике. Есть несколько специализированных ресурсов, форумов, которые посвящены этому виду спорта. И там болельщики очень не любят фраз типа «Победила наша Дина Аверина (18-кратная чемпионка мира — Прим. ред.). Ее тренирует великолепнейшая Ирина Винер-Усманова. Благодаря Владимиру Путину у них чудесные условия для работы, поэтому Россия самая сильная». Людей там бесит такой поток лести. Поэтому даже российские болельщики предпочитали белорусский комментарий.

С руководителями Белтелерадиокомпании я почти не пересекалась. Понятно, что они должны быть лояльны власти. Наверное, отличались степенью лояльности.

Но мне запомнился Владимир Матвейчук (руководитель НГТРК в 2004—2005 годах — Прим. ред.). При нем на Макаенка поменяли деревянные окна на пластиковые (смеется).

И у него, кажется, не было никакой авторской передачи.

О позиции

— Не берусь судить, как ребята сейчас работают. Да, наверное, многие испугались и вынуждены молчать или говорить что-то в поддержку власти. Я никогда не изменяла своим принципам. Всегда была такой. Расскажу вам историю. На журфаке, когда училась, подписывали письмо в поддержку Ольги Класковской, когда ее собирались отчислять (в январе этого года Класковскую повторно осудили за комментарий в адрес милиционера — Прим. ред.).

На следующий день я была в службе безопасности нашего телевидения, и начальник зачитывал мою биографию, рассказывал, как прекрасно развивается моя карьера и как в одночасье это может закончиться.

Я отозвала свою подпись. Не было сил и желания идти до конца. К тому же, не особо знала Ольгу, потому что перевелась на заочку. Тогда не сильно корила себя, что не защитила одного человека ценой карьеры. Но моя позиция от этого не стала иной.

В 2020-м решила, что будет честнее уйти: и по отношению к себе, и к руководству компании, с которым наши взгляды не совпадали. В первые дни после выборов в НГТРК была организована забастовка. Все были на моральном подъеме. Казалось, что-то получится. Надеялись. Потом на подходе к Макаенка даже поставили пункт пропуска и проверяли по спискам. Пускали только тех, кто не участвовал в забастовке. Когда людей стали уговаривать или увольнять, я собиралась с мыслями дома. Была в тот период в отпуске — как-то сумела передать заявление. Взвешивала все факторы, ведь столько лет посвятила телевидению. В итоге собралась с духом и написала заявление на увольнение.

А коллеги, которые остались работать… Никогда никого не осуждала. Можно найти причины, почему не ушли массово. Во-первых, любовь к спорту. Пока еще есть какие-то трансляции международного спорта, хотя их все меньше. Держатся за это. Возможность поехать на Олимпиаду может перевесить угрызения совести. Конечно, не все журналисты согласятся, что спорт стал частью пропаганды. Они просто поставили внутри себя стену и сделали вид, что ничего не происходит. Ведь если начать рефлексировать и задумываться, то рано или поздно придет мысль, что так жить нельзя и нужно менять среду. Фокус только на своей работе.

Во-вторых, боязнь невостребованности. Не всем комментатором найдется работа в других странах, особенно если не владеешь в совершенстве английским. Да и не каждый, когда есть семья, решится на перемены в принципе. В-третьих, работают и те, кто не видит проблемы в нынешней ситуации. И это тоже нормально.
Полностью интервью можно прочитать на сайте "Зеркало".

"А ці ёсць яшчэ Беларусь?" Пост вядомага журналіста і прадпрымальніка выклікаў гарачае абмеркаванне

Беларускія прапагандысты прайграюць расійскім. У топе ТБ-праграм — крамлёўскія навіны

«Яму давялося пасядзець з кілерам». Жонка журналіста Андрэя Кузнечыка расказала пра спатканне з ім

Самые важные новости и материалы в нашем Телеграм-канале — подписывайтесь!