Аўтарская калонка

Сергей Ваганов: Молчалины в законе

08.01.2019 Аўтарская калонка Сяргея Ваганава 733

В опубликованных на прошлой неделе рекомендациях Комиссии по этике БАЖ о применении в белорусских условиях так называемого "права на забытие" отмечено, что "редакции СМИ излишне доверяют официальной информации, не перепроверяют ее, редко используют в качестве повода для самостоятельного расследования". 

К такому выводу Комиссия пришла на примере печально известного "дела Прокопени", освещение которого в СМИ строилось преимущественно на официальной информации, достоверность которой, как потом выяснилось, оказалась весьма сомнительной.

 

«Я веру ў Цуд». Прэзентацыя кнігі Сяргея Ваганава — 24 студзеня

 

Справедливость, однако, требует признать, что на СМИ лежит только часть вины за распространение ошибочной, неточной, а то и лживой информации. Основная вина — на узаконенной системе сокрытия правды: либо с помощью манипулирования фактами, либо путем умолчания. Конкретно — на Законе о государственной службе, в котором  статья 22 ("Публикации и выступления государственных служащих, связанные с исполнением служебных обязанностей") прямо запрещает госслужащим выступать в СМИ без разрешения «руководителя государственного органа».

Такова печальная повседневность белорусской журналистики, когда из чиновника, даже высокопоставленного, не то что слова правды — просто слова не вытянешь.

Вот как в свое время обосновывал эту необходимость тогдашний директор Национального центра законопроектной деятельности при президенте РБ Валерий Мацкевич: «Возникают ситуации, когда госслужащий высказывает свои версии по тому или иному вопросу, представляя тот или иной государственный орган, но которые не совпадают с точкой зрения этого государственного органа».

Проработав в журналистике более полувека, я, по наивности, наверно, полагаю, что точка зрения присуща людям, но никак не органам, даже если они государственные. Как ни покажется парадоксальным, но в советские времена с их свирепой цензурой чиновники, особенно министерств и ведомств, занимавшихся практическим делом, были куда свободнее в своих «точках зрения». В отличие, разумеется, от идеологов и пропагандистов, чьи отношения с читающей и слушающей публикой строились на сформулированном одним из них принципе: "в пределах нашей правды".  

Все было в этих пределах — и вранье, и лукавство, и подтасовка фактов, и запудривание мозгов, ежели дело касалось так называемой чести мундира… Но за пределами и откровенность была, и критичность по отношению к тому, как решаются проблемы в той или иной отрасли, той или иной сфере жизни… Одного точно не было – отказа от сотрудничества с журналистом в связи с отсутствием разрешения начальства. Да и никто подобных разрешений не спрашивал. Достаточно было представиться, даже удостоверение показать просили далеко не всегда...

В чем же все-таки замысел наших доблестных законодателей?

Или умысел?

А как иначе можно расценить стремление вывести госслужащих, представляющих тот или иной орган государственного управления, из-под действия статьи 34 Конституции Республики Беларусь и соответствующих статей Закона "Об информации, информатизации и защите информации", гарантирующих и право граждан на получение и  распространение информации о деятельности госорганов, и недопустимость каких-либо ограничений этого права.

Итак, в чем же умысел?

Первое. Это попытка вывести государственные органы из-под общественного контроля, самым действенным механизмом которого являются СМИ.

Чего будет стоить критика деятельности этих органов, если журналист лишится возможности получать от их работников объективную и разноплановую, а не дозированную, информацию, а то и информацию вообще?

Второе. Это попытка окончательно установить монополию государственных СМИ, коим только и дозволено получать информацию от госчиновников, чтобы надувать ею пропагандистский пузырь. Хотя, надо сказать, и это дозволение не всегда срабатывает в общении с "защитниками информации" в лице "пресс-служб" министерств и ведомств.

Ну и, наконец, третье, возможно, самое скрытое и опасное — попытка превратить огромную армию государственных служащих в бессловесную массу, в эдаких белорусских Молчалиных, если вспомнить бессмертное произведение Грибоедова.

По сути, лишить управленцев возможности участвовать в открытой интеллектуальной конкуренции, обеспечить которую только и может свободное информационное поле. Лишить их под угрозой нарушения закона человеческого права на публичное выражение своей точки зрения, даже если она отличается от «версии» или «точки зрения» начальства. И не только права — долга перед обществом,  безусловной  обязанности, поскольку именно общество содержит госчиновников, и ему просто необходимо знать, на что и на кого оно тратит свои деньги.

Знать правду.

P.S. Пока писал, подоспело: Петр Новицкий, председатель комиссии по содействию занятости населения Борисовского района, отказал члену БАЖ Олегу Мацкевичу в предоставлении информации о деятельности подчиненного ему "органа". Подробности здесь.

 

«Я веру ў Цуд». Прэзентацыя кнігі Сяргея Ваганава — 24 студзеня