Аўтарская калонка

Максим Жбанков: Не будите той-терьера. Критика вирусного интеллектуализма

15.04.2020 Аўтарская калонка Максіма Жбанкова 1208

В давние времена “Белорусской деловой газеты” был у нас мастер по разговорам с большими людьми – от Раймонда Паулса и Владимира Некляева до Юрия Шевчука и Игоря Губермана. Интервью получались эпичными, меньше чем на разворот ложились сложно, сокращались с боем. Коронным приемом был выход на глобальное: “А вот еще, Раймонд Вольдемарович, как вы скажете: в чем смысл жизни?” На три абзаца. И я никак не мог понять: что особо ценного в рецептах жизни от заслуженного эстрадника или транзитного острослова? А потом догадался: коллега искренне считал их небожителями. Преданно смотрел снизу вверх в ожидании откровения. И чья вина, что “сверху” сыпался преимущественно словесный сор?

I

Пандемия сделала коронавирус топовым медийным персонажем. Главный ньюсмейкер сезона исправно заполняет новостные ленты, где все прочие сюжеты в одночасье оказались мелкими и незначительными. Народ уже прочно подсел на этот черный сериал и, вне зависимости от остроты личных ситуаций, напряженно отслеживает развитие общего сюжета. Рынок есть рынок есть рынок. Пока читают – надо писать. Пока берут — надо давать.

В этом супермаркете полка ажиотажного спроса пустовать не должна. Вирус — тоже товар. Сегодня пандемия в топах.

Но кризисное производство медиатекстов — опасная штука: общая взволнованность и массовая нервозность враз сбивают настройки и снижают способность критического суждения. Чем активнее тупят и дерзят чиновные кадры, тем больше жажда объяснений. Все равно каких. И выброс толкований. С любых сторон.

В ответ на информационный голод неизбежно идет сетевой хайп. В отсутствие движа врубают подкаст. И странным кажется уже не то, что некто вдруг порассуждал про пандемию, а то, что кто-то до сих пор отмалчивается.

Идет охота на говорящие головы. Закономерно пресса пытает политиков: им по статусу положено вещать. Правда, сказать нечего. Ясно, почему цепляют врачей: им есть что сказать. Да только начальство не велит. Понятен интерес к близким несчастных жертв: приват всегда в цене.

Но самое забавное начинается, когда (как в новом проекте “Радыё Свабода”) на медиасцену эпохи вируса тянут “известных беларуских интеллектуалов”. Поскольку после каждого слова этой фразы можно смело ставить знак вопроса.

II

Четверть века парадного марша колхозного авторитаризма принципиально изменила отечественный культурный ландшафт. Интеллектуал (прежде всего гуманитарий) как квалифицированный работник умственного труда не просто упал в цене и потерял свой социальный вес. С точки зрения условно успешного функционирования системы, он (даже в своем прежнем зависимом статусе) оказался лишним элементом — слабо управляемым умником с талантом задавать неудобные вопросы и спорить с начальством.

Нет, ему не отрубили интернет и не отключили газ. Умнику просто оставили единственное право — вещать. Без заметных повреждений для наличных боевых порядков и пожарных расчетов.

Рычаги социальных процессов (или отсутствия таковых) остались в руках квазисоветской вертикали. А нам… Нам достались слова. Вечный фэст интеллектуальной книги.

Социальное мичуринство верховного хоккеиста дало блестящий итог: бригаду декоративных бунтарей на самообеспечении. Сообщество интеллектуальных той-терьеров — активно звучащих славных существ, от которых в наличном раскладе ничего не зависит. Единственно реальны автопродвижение и самопозиционирование.

Ведущих здесь нет. Ведомых — тоже.

Чужие в своей стране, наши умники — сами себе проморолик, отдел маркетинга и сетевой магазин. Для публики размером с твой краудфандинг.

Проблемы с карантинной самоизоляцией? Да ладно, она у нас никогда не кончалась.

И потому, наверное, ответить на вирусный опросник “Свабоды” технически важно. Можно напомнить о себе. Прозвучать авторитетно и веско. Бойко присоветовать свой последний роман — там, знаете ли, как раз про катастрофу. Скорбно пообещать скорую войну. Заявить, что стране срочно нужен новый Василь Быков. Пообещать больше социализма. Новую глобальную солидарность. Нет, разобщенность. Нас захватят соседи. Нет, мы откинемся раньше. Эпидемии — вектор перемен. А профессор Гапова ничего не понимает.

III

Работают все базовые механизмы культурного гетто: самореклама и работа локтями, острая обидчивость и смысловой разброд, импровизационная футурология и азарт засидевшегося на скамейке спикера, подмена аргументов прожектами, страсть судить сразу про все и регулярный уход в рекламную паузу. Шумовой вал медийности.

В проекте “Свабоды” пока адекватны и интересны голоса узких профи — историков и социологов. Всех прочих я бы тихо отпустил. Беседовать о вирусной глобалистике и расписании на послезавтра с литераторами, богословами, публицистами и драматургами-культурологами — все равно как требовать от канарейки оценить устройство ракетного двигателя. Мило, но бессмысленно.

В медийной картине дня сегодня остро востребованы медицинские сводки, экономические расклады, политический и культурный активизм. Практические шаги и точечная экспертиза.

Грезы темных времен и прочие сказки по телефону тут весят немного. Поскольку демонстрируют в основном визионерские таланты спикера.

Той-терьер иногда просто той-терьер. Как мы. Как я. Гав-гав.

---

Мнения авторов колонок могут не совпадать с позицией ОО "Белорусская ассоциация журналистов" и публиковаться в рамках профессиональной дискуссии.

Самыя важныя навіны і матэрыялы ў нашым Тэлеграм-канале — падпісвайцеся!