Аўтарскія калонкі

25.02.2016

Кодекс для онлайна

В нынешнее время эпитет "профессиональный" в отношении журналиста выглядит столь же странно, как "честный" в отношении предпринимателя.

(Из разговора)

24.02.2016

Оранжевый уровень опасности-2

Оранжевые коммунальщики, атаковавшие на днях журналистов на стихийном митинге предпринимателей, – планктон для «зеленых человечков».

23.02.2016

Оранжевый уровень опасности

«Метка» синоптиков в последние дни окрасила нашу общественно-политическую жизнь: ожидание и предвкушение гадости от притаившейся пока аномалии становится напряженным.

22.02.2016

Максим Жбанков. Зеркальные войны: мы против нас

Нет мира в наших медиа. И, подозреваю, не было никогда. Обычно это значит профессиональную конкуренцию – борьбу за ресурсы, каналы вещания и читателя. Это практики вербовки, захвата и присвоения. Опыты агрессивного продвижения своего продукта и присущих ему схем понимания реальности. Такое зовется информационными войнами. В мире рынка подобное абсолютно нормально. Но у нас-то собственная гордость! Здесь информационной войной привыкли считать схлест пропагандистских потоков в режиме коммунальной ссоры: кто кого перекричит. Только вот какая штука: в таком спарринге победителей не бывает.

19.02.2016

Это же не последний «Клуб редакторов», не так ли?

В связи с вялотекущей дискуссией относительно моего «отказа» выступить в ближайшем «Клубе редакторов» на БТ.  Объясняю подробно – чтобы ситуация стала понятнее.

19.02.2016

Убить за идею

Тот, кто готов умереть за идею, как правило, готов за неё же и убить!

16.02.2016

Предлагается кодекс карикатуриста

Жизнь принуждает нас к многим добровольным поступкам

Станислав Ежи Лец

16.02.2016

Крызісу няма

Калі мяне просяць расказаць, як палешукі рэагуюць на крызіс, я ўзгадваю бабу Васіліну з Каранеўкі. Гэта тыя самыя Курані, дзе жылі Мележавы людзі на балоце. Сёння, як і колісь, гэта выспа сярод хвойнікаў і балотаў, куды цывілізацыя ўпарта не ідзе. Персанажы “Палескай хронікі” зрабілі гаць, а іх нашчадкі з’ехалі па лепшую долю. А ў Каранеўцы засталіся пяць чалавек, сярод якіх амаль дзевяностагадовая баба Васіліна.

— Як вы тут жывеце? Мабыць, цяжка?

— Гэта раней было цяжка, сынок. А цяпер гаруй колькі хочаш — зямлі хапае. І пенсію даюць. Колісь жа не давалі. От як.

А вы кажаце — крызіс. Які крызіс? Дзе крызіс? Няма ніякага крызісу. Тое, што вы там у сябе называеце крызісам, у нас тут заўсёдная з’ява.

12.02.2016

Максім Жбанкоў: Як нам перамагчы расейскую літаратуру

Сярод журналісцкіх фарматаў найбольш вабяць аналітыка ды калумністыка. Першая стварае схемы сэнсаў ды матрыцы разумення бягучай сітуацыі, пазначае істотнае, структурызуе наш стыхійны досвед. Другая дазваляе дэманстратыўную суб’ектыўнасць, транслюе аўтарскі прыват, дае свабодна пагуляцца з думкамі ды слоўцамі, закруціць вакол падставовай ідэі нізку асацыяцый ды метафар.

Існаванне кожнай з іх у медыйным полі, натуральна, не ёсць праблемай. Пытанні пачынаюцца, калі райтар блытае каляіны: ператварае аналітычны разбор у дыскатэку неабавязковых асацыяцый альбо надае прыватным разважанням вагу канцэптуальнай заявы. Несувымернасць амбіцый і рэсурсаў робіць эпічнае камічным. І кажа выключна пра забабоны аўтара.

07.02.2016

Максим Жбанков. Эксперты в СМИ: умножение делением

Зачем мы читаем медиа? Чтобы знать, что и где. Ищем новости. Чтобы понять, что это значит и как с этим жить. Читаем аналитику. Не менее любопытно, что по этому поводу думают видные люди родного террариума. Листаем мнения. И, наконец, бегло просматриваем зазывалки, пробиваемся сквозь шум рекламных текстовок. Но это в идеале. На практике выходит не по уму, а по Льюису Кэрроллу – «все чудесатей и чудесатей». Реклама притворяется новостями. Мнения становятся рекламой. Новости косят под аналитику. А что аналитика? Тут интересней всего: она играет сразу все партии – и в результате регулярно отменяет собственную значимость.

02.02.2016

Інтэрнэт — гэта парнаграфія і аднакласнікі

Калі я вучыўся ў школе, да нас прыязджалі ірландцы. Мы нават арганізавалі для іх святочны канцэрт у актавай залі. Мая аднакласніца Алёна Туравец праспявала сваю фірмовую песню “Ветер с моря дул”, а я прачытаў вершык пра летні вечар. Па школе хадзілі чуткі, што ірландцы падключылі школу да інтэрнэту. Ніхто не ведаў, што гэта такое, але ўсе ўзрадаваліся. У 2000 годзе я скончыў школу, з’ехаў з Петрыкава, а што такое інтэрнэт, даведаўся ўжо толькі ў Мінску.

29.01.2016

ОМОН и практики любви

Любой потребитель бурного кино и легкого чтива знает: брутальных героев принято «утеплять». Скажем, он весь такой из себя крутой костолом – но в свободные часы вяжет шарфики детишкам. Или еще: хамло и бабник – но в сердце хранит память о трудной первой любви. Снайперы играют джаз, шпионки любят котят, наркодилеры цитируют Платона… Публика ведется на такие штучки, поскольку обычно судит не разумом, а чувствами.  Ее ловят на сантиментах и нежностях, на понятных человеческих слабостях.  А если слабостей нет – их надо изобрести. Это не ложь. Это конструирование имиджа. Легенда для лохов. Так везде. Но у нас – с особым цинизмом.