Аўтарскія калонкі

12.03.2016

Максим Жбанков. Борьба по нашей цене. Как ЕГУ стал газетой

Все не так, как ты думаешь. Не так, как ты обычно думаешь. Стоит лишь посмотреть вокруг и посчитать примеры. С виду литератор, а приглядишься — полковник. Вроде пламенный борец с системой, а вблизи — титан стадионного чёса. Как бы артист, но уже аппаратчик. Еще поэт, но убедительней смотрится в жанре застолья. Где-то интеллектуал, а по сути — нервный первоклашка. Формально — декан философского факультета, реально – титан пропаганды. Или вот, мое любимое: ЕГУ (Вильнюс). Вроде как университет. Как бы в изгнании. Предполагается, что для Беларуси. Спорно. Но эта легенда умеет за себя постоять.

04.03.2016

Максим Жбанков. ЖКХ – звук пустоты

Вчера в восемь утра будит звонок в дверь. Чертыхаясь, ползу открывать («а вдруг пожар/циклон/мобилизация?»). На пороге взволнованная тетя в спецодежде: «Ой, а подпишите, что я подъезд убрала! Нас теперь заставляют…» Получив вожделенный росчерк тает в сумраке подъезда, оставляя за собой цепочку странных вопросов. Первый: теперь убирают под расписку? А если не распишешься – не уберут или пыль обратно вытрясут на лестницу? Второй: почему выполнять свои прямые обязанности надо еще и принуждать? И третий, главный: где ж ты, родная, была все пять месяцев со дня нашего въезда в квартиру?

02.03.2016

Тры мовы беларуса

Беларускай мове мяне навучыла бабуля. Я гэта зразумеў нядаўна, калі слухаў стары аўдыёзапіс з сямейнага архіва. З магнітафона даносіўся рыпучы гук — старэйшы брат запісаў на плёнку маю балбатню. Калі я слухаў запіс, моцна ўразіўся, што ў пяць год размаўляў па-беларуску. Гэта потым я пайшоў у школу, дзе мне “выправілі рэч”, а тады я размаўляў натуральна — як мяне навучыла баба Ганна.

26.02.2016

Максим Жбанков. Ай эм намбер уан. Хоккей для главных

Мир, как известно, делится на чемпионов и терпил. Первые торжествуют и покоряют, вторые поддаются и покоряются. Только вот победы – товар скоропортящийся. Свое первачество – чтобы не сдулось – надо постоянно подкармливать. А что тут может быть лучше скоропостижных триумфов на ледовом поле? Композитор Пахмутова с поэтом Добронравовым с малолетства вдолбили в наши наивные головенки: «В хоккей играют настоящие мужчины!» А потому политик с клюшкой – больше чем политик. Вышел. Сыграл корпусом. Впечатал противника в бортик. Рубанул по воротам. Пацан! Атлет! Титан! Думаете, чистый кайф? На самом деле – техническое задание. Публичная демонстрация потенции власти.

25.02.2016

Кодекс для онлайна

В нынешнее время эпитет "профессиональный" в отношении журналиста выглядит столь же странно, как "честный" в отношении предпринимателя.

(Из разговора)

24.02.2016

Оранжевый уровень опасности-2

Оранжевые коммунальщики, атаковавшие на днях журналистов на стихийном митинге предпринимателей, – планктон для «зеленых человечков».

23.02.2016

Оранжевый уровень опасности

«Метка» синоптиков в последние дни окрасила нашу общественно-политическую жизнь: ожидание и предвкушение гадости от притаившейся пока аномалии становится напряженным.

22.02.2016

Максим Жбанков. Зеркальные войны: мы против нас

Нет мира в наших медиа. И, подозреваю, не было никогда. Обычно это значит профессиональную конкуренцию – борьбу за ресурсы, каналы вещания и читателя. Это практики вербовки, захвата и присвоения. Опыты агрессивного продвижения своего продукта и присущих ему схем понимания реальности. Такое зовется информационными войнами. В мире рынка подобное абсолютно нормально. Но у нас-то собственная гордость! Здесь информационной войной привыкли считать схлест пропагандистских потоков в режиме коммунальной ссоры: кто кого перекричит. Только вот какая штука: в таком спарринге победителей не бывает.

19.02.2016

Это же не последний «Клуб редакторов», не так ли?

В связи с вялотекущей дискуссией относительно моего «отказа» выступить в ближайшем «Клубе редакторов» на БТ.  Объясняю подробно – чтобы ситуация стала понятнее.

19.02.2016

Убить за идею

Тот, кто готов умереть за идею, как правило, готов за неё же и убить!

16.02.2016

Предлагается кодекс карикатуриста

Жизнь принуждает нас к многим добровольным поступкам

Станислав Ежи Лец

16.02.2016

Крызісу няма

Калі мяне просяць расказаць, як палешукі рэагуюць на крызіс, я ўзгадваю бабу Васіліну з Каранеўкі. Гэта тыя самыя Курані, дзе жылі Мележавы людзі на балоце. Сёння, як і колісь, гэта выспа сярод хвойнікаў і балотаў, куды цывілізацыя ўпарта не ідзе. Персанажы “Палескай хронікі” зрабілі гаць, а іх нашчадкі з’ехалі па лепшую долю. А ў Каранеўцы засталіся пяць чалавек, сярод якіх амаль дзевяностагадовая баба Васіліна.

— Як вы тут жывеце? Мабыць, цяжка?

— Гэта раней было цяжка, сынок. А цяпер гаруй колькі хочаш — зямлі хапае. І пенсію даюць. Колісь жа не давалі. От як.

А вы кажаце — крызіс. Які крызіс? Дзе крызіс? Няма ніякага крызісу. Тое, што вы там у сябе называеце крызісам, у нас тут заўсёдная з’ява.