293 0

Человек цифры против человека слова

13.04.2017 Крыніца: Сергей Николюк для baj.by

Время, когда профессиональные журналисты и аналитики формировали основной медийный контекст, уходит безвозвратно

Для начала немного социологической статистики, позаимствованной у НИСЭПИ. Первое упоминание об интернете мне удалось отыскать в ноябрьском опросе 1997 года. Двадцать лет назад компьютером пользовались 15 % белорусов старше 18 лет, а доступ к «всемирной паутине» имело только 4 %.

Впервые вопрос с набором ответов, позволяющих определить регулярность использования интернета, был задан в августе 2001 г., последний раз — в марте 2016 г. Прогресс впечатляет (см. табл.). Доля ежедневных пользователей увеличилась в 37 раз!

В качестве источника информации о жизни в Беларуси и мире догнать и перегнать телевидение интернету пока не удалось. Преимущество «ящика» все еще неоспоримо: 82 % vs. 42 %. Тем не менее утверждение персонажа фильма «Москва слезам не верит» о том, что в будущем «Ничего не будет. Ни кино, ни театра, ни книг, ни газет, одно сплошное телевидение» сегодня не выглядит столь убедительным.

Динамика распределения ответов на вопрос: «Пользуетесь ли Вы интернетом?», %

Вариант ответа 08’01 03’16
Да, ежедневно 1 37
Да, несколько раз в неделю 2 20
Да, несколько раз в месяц 3 6
Да, несколько раз в году 4 1
Нет 5 33
Не знаю, что это такое 6 3

Мы живем в век победного шествия электронных гаджетов. 6 января 1992 года на телеканале «2x2» впервые вышла передача «Сам себе режиссер», в основе которой лежала демонстрация любительских видео. Технический прогресс разрушил монополию профессиональных кинооператоров на телевизионную «картинку». Отныне тысячи свидетелей интересных фактов получили шанс сообщить их городу и миру. Однако до полной свободы было еще далеко. Индивидуальным охотникам за видеосюжетами требовалось преодолеть фильтр, установленный редактором программы.

Всемирная паутина подарила «самим себе режиссерам» возможность выходить к аудитории напрямую, минуя редакторский фильтр, т. е. стать одновременно и «самим себе редакторами». За считанные годы количество таких выходов породила новое качество, суть которого профессиональным работникам СМИ еще предстоит осознать.

Напомню первую строку из Евангелия от Иоанна: «В начале было Слово». Гениальная строка. Реальность, в которой вот уже несколько тысячелетий живет человек, — это реальность состоящее скорее из слов, чем из материальных предметов. Не зря же герой Михаила Булгакова утверждал, что «разруха не в клозетах, а в головах». Мыслим-то мы словами!

«Когда мы ищем ответ на какой-то вопрос, — подчеркивал культуролог Андрей Пелипенко, — мы ищем прежде всего, словесную формулу…». Современный человек — продукт культуры, в которой вербальный код является основным. С помощью слов мы прокладываем путь к истине, отделяя добро от зла. С помощью слов мы выстраиваем служебные иерархии. Как тут не вспомнить афоризм: «Я — начальник, ты – дурак». Любые моральные установки, любые нормы способны корректировать наши поведение лишь постольку, поскольку они «отлиты» в соответствующие словесные формулы.

Мир литературы, а шире, мир книжно-письменной культуры — это мир, выстроенный из кирпичиков слов. Приведу фрагмент из диалога Полония с Гамлетом:

Полоний: Что вы читаете, мой принц?

Гамлет:  Слова, слова, слова.

Полоний:  Но в чем же именно тут дело, принц?

Гамлет: Чье дело, с кем?

Полоний: В чем суть того, что вы читаете, мой принц?

Гамлет: В злословии. Вот этот негодяй сатирик описывает, что у стариков седые волосы, в морщинах лица, слезящиеся взоры, слабый ум и слабые, дрожащие колени.

Приведенный фрагмент содержит 64 слова, полный текст — 23,6 тысячи. А возможно ли выстроить реальность в голове, не прибегая к помощи слов? Возможно. За соседним столиком в ресторане-бистро Лидо сидит молодая семья: родители и двое детей. Старшему — лет пять, младшему — от двух до трех. У каждого малыша в руках планшет. Я вижу, как с помощью указательного пальца младший ведет «диалог» с сенсорным экраном. Он овладел современным гаджетом раньше, чем научился читать. Ничего удивительного для современного ребенка в этом нет.

У человека слова доминирует левое полушарие мозга. Оно отвечает за логику. Оно «оперирует» словами. Но у детей, познающего мир с помощью цветных картинок на экране, как и у доисторических охотников и собирателей, преимущественно развивается правое полушарие. Современные дети становятся носителями так называемого «клипового мышления» (термин, означающий особенность человека воспринимать мир через короткие яркие образы и послания).

Реванш правого полушария разворачивается на наших глазах. На смену человеку слова идет человек цифры. Одна из самых очевидных перемен, которую он с собой принесет, будет смерть классической литературы. В «Войне и мире» Толстого, как и в «Гамлете» Шекспира, слишком много слов и букв. Правому полушарию с ними не справиться.

Еще один кандидат на вылет — традиционные СМИ. Время, когда профессиональные журналисты и аналитики формировали основной медийный контекст, уходит безвозвратно. Социальные сети стремительно заполняют «сами себе режиссеры» и «сами себе редакторы». Если для участия в передаче на телеканале «2x2» требовалось заснять что-то неординарное, то для «Инстаграм» и «ВКонтакте» сойдут личные фото в позе «суслика, запеченного столбиком». Желательно на фоне пальмы или набегающей морской волны. Желательно, но не обязательно. Можно и на фоне теплицы с помидорами.

Вновь процитирую Андрея Пелипенко: «Не надо быть искушенным антропологом, чтобы понять, что личная страничка в сети есть ни что иное, как своеобразный магический двойник (душа, alter ego) современного стихийного неоархаика в запредельном/виртуальном мире, границы которого столь же проницаемы, сколь проницаемы для архаика границы, отделяющие его от мира духов».

«Что день грядущий нам готовит?» Прежде чем попытаться ответить на этот вопрос, необходимо осознать масштаб перемен. Жизненный цикл цивилизации слова подходит к своему логическому концу. Важные вехи на его пути — возникновение письменности, изобретение книгопечатанья и информационная революция. Благодаря им сформировался социокультурный тип человека, которого принято называть личностью. Ему на смену идет новый исторический субъект, субъект экранной революции.

Но тут важно не перепутать причину со следствием. Интернет не является причиной заката цивилизации слова. Наоборот, ее закат породил взрывную популярность интернета. Сама же «всемирная паутина» всего лишь средство, которое умных делает умнее, а глупых глупее.

Означает ли это конец истории? Я бы не спешил с подобным выводом. В конце-то концов, правое полушарие отвечает за творчество.

Каментары