296

Блокировки экстремистского контента онлайн в Беларуси

03.06.2019 Крыніца: Алексей Козлюк, Human Constanta

Ограничение доступа к информации онлайн и удаление такой информации является одной из мер, которые применяются в Беларуси для противодействия распространению экстремистcких идей. Также ограничивается возможность беларусских пользователей пользоваться инструментами анонимного доступа к Интернету и средствам обхода блокировок.

Не затрагивая вопрос определения понятия экстремизма и методики оценки наличия признаков экстремизма в информационной продукции, в этой части описывается законодательство и практика, предусматривающие ограничение доступа и удаление контента онлайн. Также мы попробуем оценить существующие меры на предмет эффективности и соответствия обязательствам в сфере прав человека.

Традиционно методика борьбы с незаконной информацией в физическом мире фокусируется на определении и наказании создателей и распространителей такой информации, а также изъятии материальных носителей информации (книги, брошюры, картины, фотографии и т.д.) из оборота. По ряду причин такой подход не является эффективным в цифровом пространстве.

Особенности технологий, лежащих в основе функционирования Интернета, а также глобальная архитектура сети затрудняют поиск лиц, ответственных за создание и размещение экстремистских материалов онлайн. В процессе доставки контента от создателя к конечному пользователю могут быть задействованы десятки и сотни серверов, находящихся в разных странах, а технические средства анонимизации владельцев нелегальных сайтов могут быть достаточно эффективны. Изъятие экстремистских материалов из оборота, равно как эффективное исполнение судебных и административных решений, в цифровом пространстве зачастую невозможно. Хотя бы потому, что в разных странах законодательство об экстремизме определяет нелегальную информацию различным образом.

По этим причинам сейчас получили распространение инструменты технической блокировки или фильтрации контента. Несмотря на различия в способах технической реализации таких мер, их объединяет то, что они сосредоточены на задаче ограничить доступ к нелегальной информации для конечного пользователя. Эти инструменты применяются в масштабах, так называемых национальных сегментов сети Интернет, и основаны на возможности государств регулировать телекоммуникационную инфраструктуру, находящуюся на собственной территории.

Еще одним вектором антиэкстремистской политики стало взаимодействие с информационными посредниками, которые не являются создателями контента, но обеспечивают доставку контента конечному пользователю (провайдеры услуг) либо создают платформу для размещения контента, созданного пользователями (файлообменные сервисы, социальные сети, облачные хранилища и т.д.). В последние годы роль отдельных платформ в распространении экстремистских идей повысилась настолько, что это стало отдельным предметом обеспокоенности даже на международном уровне. Речь идет, например, о социальных сетях Facebook или Youtube, которые создают площадку для размещения контента миллиардов пользователей по всему миру, оставаясь при этом вне национальной юрисдикции для большинства стран.

Описание правовых особенностей и оценка эффективности различных методов ограничения запрещенной информации онлайн невозможно без анализа конкретных технологий, которые используются в настоящее время. Несмотря на то, что документ рассчитан на базовое понимание архитектуры Интернета, будет полезно ознакомиться с технической стороной вопроса подробнее.

Существующие инструменты можно разделить на несколько категорий:

  • Блокирование доступа к запрещенному контенту (блокировка);

  • Фильтрация запрещенного контента;

  • Запросы об удалении контента информационными посредниками (takedown requests);

  • Ограничение доступа к инструментам анонимизации и обхода блокировок.

  • Блокировка контента

Блокировка контента как способ борьбы с нелегальной информацией получила широкое распространение во многих странах, включая Беларусь. Законодательная основа для блокировок появилась в 2010 году с Указом №60, хотя отдельные случаи произвольных (не основанных на законодательстве) политически-мотивированных блокировок фиксировались и до этого. Следует отметить, что в тот период доступ к запрещенной информации официально ограничивался только при оказании интернет-услуг государственным органам и организациям, организациям образования, культуры. Остальные пользователи могли добровольно заказать услугу блокировки нелегального контента у своего интернет-провайдера. Основанием для внесения интернет-ресурсов в «черный список» могла быть размещенная информация, содержание которой направлено на осуществление экстремистской деятельности; незаконный оборот оружия, боеприпасов, взрывных устройств, взрывчатых, радиоактивных, отравляющих, сильнодействующих, ядовитых, токсических веществ, наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров; содействие незаконной миграции и торговле людьми; распространение порнографических материалов; пропаганду насилия, жестокости и других деяний, запрещенных законодательством.

В 2014 году были приняты поправки в Закон о СМИ, которые наряду с Декретом президента №6 предусматривали расширение списка оснований для блокировки.

Сейчас по Закону о СМИ на интернет-ресурсах запрещено распространение:

  • информации от имени незарегистрированных организаций;

  • пропаганда и реклама наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов;

  • информации о несовершеннолетних жертвах противоправных действий;

  • информации о способах изготовления взрывчатки и предметов с зажигательной смесью;

  • ненадлежащей рекламы;

  • информации, направленной на пропаганду войны, экстремистской деятельности или содержащей призывы к такой деятельности,

  • порнографии;

  • насилия и жестокости, в том числе пропагандирующей или побуждающей к самоубийству;

  • другой информации, распространение которой способно нанести вред национальным интересам Республики Беларусь или запрещено законодательными актами;

  • скрытых вставок, воздействующих на подсознание людей или оказывающих вредное влияние на их здоровье.

Процедура блокировки была существенно изменена в 2014 и 2018 годах поправками в Закон о СМИ и подробно регулируется Положением о порядке ограничения доступа к информационным ресурсам (их составным частям), размещенным в глобальной компьютерной сети Интернет (2015 г.).

Решение об ограничении доступа к информационному ресурсу принимает Министерство информации в следующих случаях:

А) по собственной инициативе (два и более письменных предупреждения владельцу ресурса либо невыполнение владельцем законного требования об устранении нарушений законодательства о СМИ);

Б) по решению суда (экстремистский контент чаще всего попадает в эту категорию);

В) по поручению (письменное уведомление) государственных органов и организаций в соответствии с их компетенцией. Уведомления должны содержать идентификатор(ы) интернет-ресурса, основания для блокировки со ссылкой на норму законодательного акта, а также подтверждающие документы.

Иные организации и люди могут инициировать блокировку только через обращение к государственным органам с предложениями об ограничении доступа к информации, распространение которой запрещено, а уже те направляют уведомление Министерству информации.

Владелец интернет-ресурса не всегда уведомляется о блокировке и имеет возможность удалить спорный контент или представить свои аргументы против блокировки. Сложилась практика, когда предупреждения и требования об удалении информации получают только владельцы ресурсов, зарегистрированных в реестре РУП «БелГИЭ».

После принятия решения о блокировке Министерством информации процедура проходит следующие этапы:

Копия решения Министерства информации в течение 3 дней направляется в Государственную инспекцию по электросвязи Министерства связи и информатизации;

Государственная инспекция в день получения копии решения включает идентификаторы интернет-ресурса в список ограниченного доступа. Поддержание списка в актуальном виде, а также интерфейс взаимодействия провайдеров со списком  осуществляет Республиканское унитарное предприятие по надзору за электросвязью «БелГИЭ»;

Обязанность по ограничению доступа к интернет-ресурсам лежит на поставщиках интернет-услуг (провайдерах), которые обязаны за собственные средства создать для этого соответствующую инфраструктуру или воспользоваться услугами сторонних организаций. Провайдеры должны обеспечить блокировку в течение суток после появления идентификаторов в списке.

Список ограниченного доступа является непубличным, доступ к нему предоставляется:

  • Министерству информации;

  • Министерству связи и информатизации;

  • органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность;

  • органам прокуратуры и предварительного следствия;

  • органам Комитета государственного контроля;

  • налоговым органам;

  • судам;

  • поставщикам интернет-услуг.

Процедура блокировки по решению суда, а это большинство случаев ограничения доступа к экстремистской продукции, детально не прописана. Это приводит к тому, что не все интернет-ресурсы, на которых размещены материалы, признанные экстремистскими и внесенные в республиканский список экстремистских материалов (РСЭМ), своевременно включаются в список ограниченного доступа.

Среди способов блокировки можно выделить блокировку по IP-адресу и протоколу, блокировку по URL-адресу, блокировку по DNS. В Беларуси в той или иной мере использовались все перечисленные инструменты. И все они по разным причинам не могут оцениваться как эффективные.

Одна из проблем связана с выбором способа блокировки, ведь сайт может содержать смешанный контент, и далеко не всегда есть техническая возможность ограничить доступ к отдельным страницам или частям интернет-ресурса. Практика показывает, что суды не имеют единообразного подхода к этому вопросу. Ряд сайтов анархистов и связанных с ними страниц в социальных сетях включены в РСЭМ без детализации, какие именно материалы послужили причиной. Соответственно, в случае обычного сайта блокировка применяется ко всему интернет-ресурсу (блокировка по IP, доменному имени, DNS). В других случаях блокируются только отдельные страницы (блокировка по URL), что является более пропорциональной мерой. Впрочем, этот способ не является универсальным из-за ограничений технического характера.

Фильтрация запрещенного контента

Для некоторых интернет-ресурсов блокировка отдельных страниц не может быть реализована без использования более продвинутых инструментов глубокого анализа трафика (DPI). Блокировки на уровне государства или провайдера отдельных страниц и групп в социальных сетях практически невозможная задача без нарушения работы всего интернет-ресурса. DPI-фильтрация предусматривает установку между конечным пользователем и Интернетом устройств фильтрации контента, реагирующих на ключевые слова, паттерны изображений или типы приложений. Эта разновидность блокировки сетевого трафика требует больших вычислительных мощностей и поэтому обходится весьма дорого. На соответствие правилам блокировки приходится проверять весь контент. Практически повсеместное шифрование трафика ведет к неэффективности систем блокировки, использующих технологию DPI.

Несмотря на подтвержденную информацию о том, что беларусские провайдеры и государство имеют в своем распоряжении инструменты глубокого анализа трафика, информации о значимой практике применения таких инструментов для целей блокировки экстремистского контента найти не удалось. Также в опубликованных актах законодательства такое использование DPI также не регламентировано.

Требования об удалении контента

Сложно представить ситуацию, в которой государство решится на применение такой непропорциональной меры, как блокировка целых платформ, которыми в Беларуси пользуются миллионы людей из-за отдельных публикаций запрещенного контента. Впрочем, пример стран, которые выбрали схожую модель регулирования национального сегмента сети Интернет, не вселяет оптимизма. До недавнего времени в Казахстане периодически замедляли скорость доступа к Facebook, а в России заблокирована социальная сеть LinkedIn и совсем недавно отгремела «битва за Телеграм».

И все же на международном уровне общепризнанный подход к регулированию деятельности платформ основан на том, что информационный посредник не несет ответственности за создаваемый пользователями контент. Это правило действует, если платформа обеспечивает эффективный механизм рассмотрения жалоб на такой контент и его своевременное удаление в случае обнаружения нарушений законодательства.

Это дает государству альтернативный способ борьбы с запрещенным контентом, а именно взаимодействие с платформами (социальными сетями, мессенджерами, файлообменными сервисами) с целью убедить администрацию сервиса удалить контент на основании внутренних правил. Такие правила действуют на всех популярных платформах, и в части борьбы с экстремизмом они, как правило, основаны на международных стандартах. Также глобальные корпорации, такие как Facebook и Google (Youtube) учитывают локальный контекст, размещая службы модерации в различных регионах и включая в команды местных специалистов.

В случае популярных в Беларуси социальных сетей Vk.ru (Вконтакте) и Ok.ru (Одноклассники) такое взаимодействие наладить значительно проще. Возможно, это одна из причин того, что большинство ссылок на экстремистские материалы в РСЭМ ведут на сайт социальной сети Вконтакте. При этом контент по этим ссылкам уже удален, что говорит о некоторой эффективности взаимодействия. Ссылок на Facebook значительно меньше и выборочный мониторинг показал, что некоторые материалы все еще доступны. Это может свидетельствовать либо о том, что правила этой социальной сети больше защищают свободу выражения, либо о недостаточных усилиях государственных органов по налаживанию взаимодействия со службой модерации Facebook.  Вместе с тем, некоторые страницы из РСЭМ были удалены и после удаления продолжают активность под новыми названиями.

Стоит отметить, что такой порядок удаления запрещенного контента создает для государства не самую удобную ситуацию. Во-первых, у таких стран, как Беларусь, нет рычагов влияния на платформы, поскольку те находятся вне национальной юрисдикции. В международном праве это беспрецедентная ситуация, когда правительство для реализации публичной власти (исполнения судебного решения) вынуждено обращаться напрямую к транснациональной корпорации, рассчитывая только на внутренние правила корпорации. Тем не менее, это все же намного эффективнее использования привычных инструментов правовой помощи, существующих на сегодня. Для государства также всегда есть риск, что расширительное толкование экстремизма, имеющее место в Беларуси, может не соответствовать стандартам платформ, которые в большей степени ориентированы на законодательство демократических стран с высокими стандартами прав человека.

Не стоит также преувеличивать преимущества увеличивающегося влияния и власти платформ. Проблемой саморегулирования социальных сетей является непрозрачные механизмы принятия решений по жалобам и отсутствие эффективных механизмов обжалования.

Выводы

Все способы блокировки контента имеют недостатки, связанные как с правовыми вопросами, так и техническими ограничениями, которые в совокупности не позволяют назвать эти меры эффективными. Главной проблемой подхода, основанного на ограничении доступа к контенту для конечного пользователя является то, что в большинстве случаев запрещенный контент никуда не исчезает, а виновные лица остаются безнаказанными. Технические ограничения касаются всех стран и обусловлены архитектурой сети Интернет. Блокировки обходятся дорого и работают неэффективно, а также причиняют косвенный ущерб.

Основной юридической проблемой внесудебных блокировок, которая в полной мере относится к Беларуси, является несоблюдение принципа верховенства права в отношении блокировок, решения по которым принимаются в административном порядке. Судебный порядок рассмотрения дел о признании информационной продукции экстремистской не предполагает обязательного уведомления и участия владельцев информационных ресурсов, на которых эта продукция размещается. В дальнейшем это приводит к невозможности обжаловать блокировку по материальным основаниям.

Применение технических средств блокировки контента требует существенных государственных и частных финансовых затрат на инфраструктуру, которые в конечном итоге ложатся на потребителей телекоммуникационных услуг. Эти затраты непрозрачны и зачастую не учитываются при принятии решений на государственном уровне.

Использование средств обхода блокировок увеличивает риски пользователей, связанные с утечкой персональных данных при использовании недобросовестных сервисов.

Использование большинства способов блокировки допускает ситуации, когда непреднамеренной блокировке подвергаются случайные интернет-ресурсы, что также приводит к финансовым убыткам их владельцев.

Анализ содержания республиканского списка экстремистских материалов показывает, что большая часть такой продукции размещена в социальных сетях, которые находятся вне беларусской юрисдикции. В такой ситуации целесообразно выстраивать коммуникацию с платформами по поводу удаления запрещенного контента. Поскольку речь идет об отношениях с частной организацией, обязанность обеспечить прозрачность и подотчетность такой процедуры лежит на государстве.