590

Белорусские блогеры бежали в Литву: Вильнюс — это политическая столица Беларуси

05.10.2020 Крыніца: Наталия Зверко, LRT.lt

«Карамелинис мокиато», — делает заказ по-литовски в вильнюсском кафе белорусская активистка Ольга Паук.  В Литве она и ее муж, известный блогер Андрей Паук всего три недели, а приехали они сюда, фигурально выражаясь, в купальниках и соломенных шляпах: семья возвращалась в Беларусь из отпуска и в Киеве приняла решение искать убежище в Литве.

Ольга и Андрей Паук

«Мне кажется что за три недели в Литве мы здесь большего достигли, чем чем за все годы в Беларуси. Здесь есть ощущение что твои навыки и знания понадобится. В Беларуси же на каждом уровне есть свой дурак, прошитый системой, который не принимает решение самостоятельно, а действует согласно инструкции», — разводит руками Ольга.

Педагог Ольга и музыкант Андрей родом из небольшого белорусского поселка Октябрьский в Гомельской области. Почти 10 лет они ведут борьбу с бездействием местных властей видеоблоге на канале Youtube «Рудабельская паказуха». Историческое название поселка — Рудобелка, отсюда и название блога.

«Многим кажется, что Беларусь — это социальный рай, но на самом деле это неправда. Даже в Литве мы встретили людей, которым кажется, что в Беларуси всё хорошо. Поэтому мы приглашаем жителей Литвы посмотреть ролики на нашем канале, чтобы понимать реальное положение вещей, а не поддаваться слухам про Беларусь. Многие могут с удивлением понять, что революция сейчас началась не на пустом месте», — говорит Ольга.

В последние годы их блог стал уникальным явлением для всей страны — в малых городках просто нет аналогов их каналу, а некоторые активисты начали копировать формат. У канала уже почти 40 тыс. подписчиков. Однако в последнее время из-за того, что власти стали закручивать гайки, молодой семье, в которой растут двое детей, стало небезопасно оставаться в Октябрьском.

«Вильнюс — это политическая столица Беларуси. У нас не работает международные институты и провести какой-то семинар или встречу невозможно, такая вот у нас политическая жизнь в изгнании. И до 2010 года, и после какие-то вопросы могут решаться только в Литве», — уверена активистка Ольга Паук.

— Андрей, Ольга, вы популярные блогеры, известны своими роликами на Youtube, могли бы вы рассказать о них поподробнее?

Андрей: Беларусь, на мой взгляд, является идеологическим концлагерем, поэтому постоянно живёшь в нужде и пытаешься доказать системе, что ты достоин того, чтобы жить свободно и этот вызов я сделал через публичность.

Андрей Паук

Я говорил, в частности, о том, что нужны ли нам ценности которые навязывает нам государство, или мы должны сражаться за ценности, которым нас учили в школе — правду, честь, инициативу. Но, как оказалось, тут правда и инициатива не приветствуются, а все должно существовать в рамках идеологических понятий.

Однажды мы стали внимательно читать нашу местную газету и там вся эта идеология выпячивается в десятикратном размере, а это, поверьте, очень архаично и очень часто смешно. Мы что решили, что об этом должны узнать жители не только нашего района. Позже люди стали присылать газеты из своих регионов и, таким образом, мы начали внимательно вчитываться в слова пропагандистских газет и на этом примере показывать манипуляции, вранье и показывали, каковы истинные интересы государства. Учили людей относиться к этому серьезно, потому что на эту неумелую пропаганду тратят деньги из нашего кармана. Но все началось с политической сатиры и именно юмор помог преодолеть многие страхи среди нашего населения.

Ольга: Я хочу добавить, что Андрей в первую очередь музыкант и когда-то, ещё раньше, я была в восторге от его песен. Андрей с детства является очень творческим человеком — он рисует и музыку пишет, сам научился игре на гитаре. И все началось с постов, посвященных его музыкальной группе, песни были такие дерзкие, политические и социально острые и были достойны быть представленными большой аудитории. И мы не прогадали.

— В каком году вы начали работать вместе?

Ольга: Канал появился в 2011 году. Сначала людей просто привлекали наши песни. Группа называлась так же, как называется канал — «Рудабельская паказуха» — и так и появилась эта площадка.

Первое наше журналистское расследование было связано с тем, что моя одноклассница попала в больницу, в детской отделение. И когда её муж пришел туда, он возмутился, что в тюрьме лучше условия, чем в этом детском отделении. Многим кажется, что Беларусь -это социальный рай, но на самом деле это неправда. Даже в Литве мы встретили людей, которым кажется, что в Беларуси всё хорошо. Поэтому мы приглашаем жителей Литвы посмотреть ролики на нашем канале, чтобы понимать реальное положение вещей, а не поддаваться слухам про Беларусь. Многие могут с удивлением понять, что революция сейчас началась не на пустом месте.

В общем, муж подруги рассказал всю эту историю, мы её записали и выложили в сеть. Хотя у нас это смерти подобно - о социальных проблемах говорить нельзя, хотя эта ситуация напоминает сказку «Голый король»: все видят, что происходит, но если ты говоришь об этом вслух, все удивляются.

Андрей: Это первый успешный кейс, на который отреагировали местные власти.

Ольга: Да, всё-таки это дети, здоровье, эта тема не оставила никого равнодушным, и местное начальство после этого стало шевелиться - они сделали ремонт в этом детском отделении. Cейчас, можно сказать, что мы своих чиновников выдрессировали. Они перестали от нас бегать, научились говорить на камеру. На самом деле было интересно наблюдать эволюцию чиновника в отдельно взятом городке.

Основная цель управленцев на местах — не допустить бунта, они делают всё, чтобы все было шито-крыто, но когда проблема выходит на большую аудиторию, они понимают, что надо что-то делать, мы это тоже поняли и стали этим активно пользоваться. У нас ещё сохранилась советская система Райпо (районное потребительское общество – ред.), а это рабовладельческий строй, когда на тебя вешают различные штрафы. И вот у нас две женщины в один момент отказались подписывать очередную бумажку и подали в суд за то, что их незаконно уволили, но им помог хороший адвокат и суд они выиграли.

Андрей: Это был тоже показательный кейс, показывающий, что если обратиться к хорошим адвокатом, то суд можно выиграть.

Ольга: Это было шоком для всей Беларуси, потому что это такая система, в которой никогда ничего подобного не происходило и у людей в такие моменты происходит смена сознания.

— Расскажите о вашем городке, он небольшой, но, судя по всему, жизнь там кипит...

Ольга: Мы живет в посёлке Октябрьский, это реально партизанский край и первые партизаны во время Второй мировой войны были именно у нас. С первой мировой войны этот край носил название Рудобельской республики, потому что у нас всегда тут были болото, которые осушили в шестидесятые годы. Но из-за болот сюда не добрались немцы и у нас советская власть сохранялась постоянно. Это тоже оставило свой отпечаток в сознании и поведении людей. Особенность нашего посёлка в том, что что ближайший город находится на расстоянии 70 км, и мы варимся в «собственном соку».

— То есть в поселке до сих пор преобладает советское мышление?

Ольга: Очень сильно. Мы на этом свой канал и построили. Многие люди думают, как это такое может быть в XXI-м веке? Но у наших людей нет альтернативы, а они не могут просто взять и поехать на работу в соседний город и поэтому ты либо собираешь вещи и уезжаешь насовсем, либо терпишь то, что происходит. Среднего не дано, и это собственно очень сильно наших людей контролирует. Но именно наличие нашей «Рудабельской показухи» помогло с этим явлением бороться.

Ольга Паук

Андрей: Начинали мы не так активно, но в последние годы наша площадка стала уникальным явлением для всей Беларуси —  в малых городках просто нету аналогов нашему каналу, некоторые активисты начали копировать формат. Хотя у нас был такой план — своим примером показать, что такую «показуху» можно создать где угодно. Но потом пришел Сергей Тихановский, сделал свою «Страну для жизни» и тогда все уже начали копировать Тихановского, потому что у него это получилось сделать лучше.

Я думал, что событий у нас хватит на две-три недели, а темы для видео находились каждый день, каждую неделю. Я ведь закончил техникум по технологии дизайн мебели, я таким образом избежал армии. Армия в Беларуси — это ещё один институт, который ломает волю. Потом я поступил на биофак. Два дня я поработал в школе, потом ушел.

Ольга: Что касается школ, то проблема не в детях, а в системе образования. Я сама педагог и я бы хотела работать учителем, но я ушла сознательно с хорошей зарплаты на репетиторство, потому что в обычные школы меня не берут, так как я идеологически неправильная. Если до выборов это ещё скрывалась, то сейчас об этом говорят открыто. И учителя, которые отказались от фальсификации и которые высказались против властей, в том числе и преподаватели из высшего университетского состава, были уволены.

А если говорить о «Рудабельской показухе», то своим главным достижением мы считаем раскрепощение инициативы.

Андрей: Умные люди у нас не приветствуется, всегда вас равняют под дураков, вы должны быть предсказуемыми и одинаковыми, а если ты умный, то тебе не дадут в этой системе функционировать, и это на самом деле очень раздражает. Мне кажется, что за три недели в Литве мы здесь большего достигли, чем за все годы в Беларуси. Здесь есть ощущение, что твои навыки, знания понадобятся. В Беларуси на каждом уровне есть свой дурак, прошитый системой, который не принимает решение самостоятельно, а действует согласно инструкции.

Ольга: Расскажу ещё один случай. У меня на работе умер директор — прямо у меня на глазах, я пыталась вызвать скорую и для меня вскрылась жуткая правда, что у нас в XXI-м веке на 15 000 жителей посёлка только 2 машины скорой помощи на смене. В то время, как одна машина обычно в пути в соседний город. Каждый день нескольких пациентов отвозят за 70 км, потому что в нашей местной больнице не хватает специалистов, оборудования и медикаментов. Но эти «скорые» только по названию скорые, а на самом деле нет разницы, везти тебя в своей машине или в такой машине скорой помощи. В такой машине у тебя только могут констатировать смерть.

И ладно, если рядом находится крупный город и тебя могут доставить в городскую больницу, но от нашего поселка 70 км до Светлогорска, до Гомеля — 200 км, до Минска — 200 км. То есть тебя в любом случае не довезут. Это интересная особенность социальной защиты в Беларуси, маленькие поселки не могут претендовать на хорошую медицину, потому что там живет мало людей. Вот так выходит, что в Минске и областных городах живут беларусы, а в поселках, типа, Октябрьский недостаточно важные беларусы.

В общем, я начала собирать подписи людей, чтобы заставить власти купить реанимационную машину, надо мной чиновники издевались и шутили, что, может быть, вам ещё вертолёт подогнать? Это стоило больших усилий и почти год работы, чтобы купили скорую. Хотя это не реанимационное машина, это обычная скорая класса «Б», но в ней есть хоть какое-то оборудование, правда она одна на весь посёлок.

— Из сообщений в прессе видно, что вас активно в эти годы пытались дискредитировать, как вы с этим справлялись?

Андрей: Заказные статьи против меня начали писать ещё пять лет назад. Писали, что у нас есть какие-то шкурные интересы поссорить всех, развалить район.

К сожалению, есть некоторое количество людей, которые нами недовольны, мы им не нравимся, потому что мы самостоятельные и инициативные, а они всю жизнь просидели, пробоялись и теперь им стыдно за то, что они ничего не делали. В этой системе им комфортнее, даже если «я тварь дрожащая». Эти люди хотят сделать меня ничтожеством, потому что в новой системе я буду ничтожеством беспомощным, и идеология делает ставку на таких людей. А мы ее разрушаем при помощи юмора, потому что шутим. И за последние два года мы уже вышли на республиканский уровень, стали лидерами мнений и гражданским лидерами.

А сейчас, когда у системы нет ресурсов, чтобы придумать, как оправдать свое бездействие, они стали закручивать гайки. Они перестали скрывать, что они бандиты и что захватили власть. Нас стали "закрывать" — меня перед выборами 7 августа "закрыли" на 15 суток. 10 суток я просидел, потом меня выпустили, и я, к сожалению, прозевал все основные вещи — все протесты.

— Над вами не издевались?

Андрей: Нет, мне на самом деле очень повезло. Там, кстати, сделали ремонт и я просидел, как в санатории, было только очень скучно. Потому что когда я вышел, то узнал о протесном движении и об убитых, я также узнал, что многие наши горожане вышли на улицы.

— Ольга, вы были наблюдателем на выборах, расскажите, как все происходило?

Ольга и Андрей Паук

Ольга: Вы знаете, они использовали коронавирус как причину для того, чтобы ограничить доступ наблюдателей. Они позволяли находиться всего трём наблюдателем на участке, а других регистрировали, но не позволяли находиться на избирательном участке. Я же пришла зарегистрировалась и сказала, что никуда не уйду и просидела там все дни. Когда я зачитывала на видео свою петицию, Андрей меня снимал и именно за это его и посадили. И, таким образом, они и меня убрали, потому что у меня двое детей и я не могу оставить их. Тем не менее, это видео посмотрело 155 000 человек и резонанс был сумасшедший.

— Как вы приняли решение переехать в Литву?

Ольга: мы взяли горящую путёвку в Египет, уехали отдыхать и решили в эту неделю посмотреть со стороны как будут развиваться события. И так как мы летели обратно через Киев, то уже в Киеве приняли решение в Беларусь не возвращаться. Потому что мне уже прислали повестку в суд, но я не пришла, и наши знакомые из Координационного совета сказали, что возвращаться нам нельзя, потому что в стране начинается военная диктатура. И если в большом городе ещё есть где спрятаться, то мы живём в деревне и нам спрятаться негде. И я решила, что я не хочу, чтобы мои дети видели, как меня крутят на границе.

Андрей: Мы обратились к знакомым правозащитникам, которые сейчас находятся в Вильнюсе и они нам посоветовали обратиться в посольство Литвы. Мы получили визу «Д», которая действует до конца года. И мы из Киева прилетели в Литву.

Ольга: У нас двое детей, младшая пошла в первый класс. Мы их отдали в школу им. Л.Карсавина в Вильнюсе и дети говорят, что атмосфера в школе очень дружелюбная. И я вижу, что школы здесь в Литве совершенно другие — без идеологического налета. Учителя нам говорят, что у нас такие послушные дети, хотя я так, например, не считаю, но я понимаю, что это влияние нашей белорусской школы, нашей системы, что у нас уже с детского сада учат детей, в первую очередь, слушаться. Мои дети говорят, что в классе у них там все шумные, для них это дикость, ведь у нас все должны сидеть за партой смирно.

— Какие у вас планы на ближайшее будущее? Что дальше?

Ольга: Я ещё до выборов поступила в университет Витаутаса Великого, я магистрант и я имею право на проживание здесь. Андрей сейчас занимается тем, что поддерживает канал Сергея Тихановского, он действительно очень хороший специалист в медийных вопросах, наш канал был в прошлом году признан лучшим среди региональных каналов в Беларуси. А я пока что вольном полёте, не знаю, чем конкретно буду заниматься дальше.

Андрей: На канале Тихановского есть команда журналистов, которые ищут новости, а я их монтирую в ролики. Сергей Тихановский, который сидит сейчас в Жодино, высказал желание, чтобы канал работал и чтобы мы постоянно каждый день давали новости о событиях в Беларуси.

— Как вы думаете, что ждёт Беларусь в дальнейшем? У вас нет ощущения, что сейчас есть две Беларуси — одна, которая участвует в протестах и вторая, которую вы в том числе показали в своих роликах?

Андрей: Мы считаем, что рано или поздно это все пройдёт и автократия сменится демократией. Это закономерность, автократия в современном мире уже нежизнеспособна. Лукашенко уже нечего предложить Беларуси, кроме страха, но это уже не работает.

Ольга: Я не думаю, что у нас две Беларуси, у нас есть большая смута, в том числе и в рядах чиновников. Пока они не могут открыто выступать. Ведь все режимы держатся на крови, обмане и больших деньгах.

У рядовых людей очень низкая зарплата — в среднем это 200 €, а у чиновников это 500 € и поэтому их очень легко держать на крючке. Но это не значит, что они с этим согласны, просто они не видят личной выгоды сейчас менять что-то. В городах этот процесс идёт быстрее, потому что есть альтернатива. Я считаю, что Беларусь одна, и нельзя сказать, что у нас есть разделение по областям. Говорят, что вроде бы Гродно как будто бы более либеральный город, а Гомель как будто бы нет. Конечно, сознание людей различается, но разделения точно нет.

Андрей: А я думаю, что, да, у нас две Беларуси. У нас есть утопическая Беларусь с утопичной идеологией, но она нежизнеспособна, никто в неё не верит, даже чиновники. Хочет в это верить только сам Лукашенко, потому что он неадекватен, для него эти события стали холодным душем и он до сих пор отказывается верить в это. Есть попытки сделать две Беларуси, одна из них показушная, поэтому мы и назвали свой блог «показуха». Но всем уже надоело жить в сюрреализме, все хотят жить в реальности, а в реальности эта показушная Беларусь погибает.

Самыя важныя навіны і матэрыялы ў нашым Тэлеграм-канале — падпісвайцеся!